majstavitskaja (majstavitskaja) wrote,
majstavitskaja
majstavitskaja

Categories:

"Мы умели верить" Рабекка Маккай

Мы одной крови

«Вдохните так глубоко, как только сможете, – сказал он, – и не выдыхайте, – они вдохнули, и тогда он сказал: – Теперь вдохните еще. И тоже не выдыхайте».
Они попытались.
«А теперь вдохните еще раз. Этот третий вдох и есть то, что чувствуешь при пневмонии».

Я попробовала сделать это когда читала книгу и в первый раз испытала настоящий ужас - так вот оно как, оказывается. С этой книгой все время так, она делает твоим то, что переживает и чувствует другой человек. Из категории отвлеченных знаний переводя в разряд вещей, которые пережила ты сама. Пусть ненадолго, пусть с ослабленной интенсивностью, это уже вошло под кожу, в кишки, легкие, кости. В кровь.

Можно возразить, что такое делает всякая хорошая книга, и я соглашусь. С той оговоркой, что хороших, на самом деле, мало. А таких, которые способны радикально переменить твое отношение к некоторой части действительности - исчезающе мало. Признайтесь, как часто в последнее время вы заводили глаза - опять эта гей-тема, как она уже достала, какую современную западную книгу ни возьми, если не мальчик с мальчиком, то уж девочка с девочкой. Да успокойтесь, не гомофобы мы, но хватит уже про этих.

Так вот, с романом Ребекки Маккай вы, нет, не смените ориентацию и не пополните число участников гей-парада, но побываете в шкуре одного из этих парней, могу спорить, они никогда уже не будут для вас "этими". И еще одно, книга серьезный разговор о проблеме СПИДа, которая никуда не делась, не рассосалась сама собой в ковидном мире, озабоченном темами глобального потепления, энергоносителей, загрязнения среды и утилизации отходов.

На самом деле, сейчас ВИЧ воспринимается не с тем ужасом, какой был в конце восьмидесятых, когда боялись, что можно заразиться через укус комара или от соприкосновения с потным телом в переполненном автобусе. Теперь все знают, что через кровь и при незащищенном сексуальном контакте, потому, не употребляйте наркотиков, пользуйтесь презервативами, а лучше храните верность, и тем снизите риск заражения до минимума.

Не то, что ковид, которым можно заразиться, просто вдохнув. А вот смотрите. если такая ситуация, ты веришь своему партнеру, тебе в голову не придет изменить и ты совершенно точно знаешь, что любой нормальный человек рассуждает так же. И вдруг узнаешь - погуливает время от времени с кем-попало. И как быть? Это ведь уже не история "про измену", болезненность которой не забудет никто, кому довелось пережить, это круче - "про жизнь".

"Мы умели верить" все время "круче" и " про жизнь". История развивается в двух временных пластах. В трех, если иметь в виду линию Норы и ее воспоминания о временах Первой Мировой, когда мир переживал испанку, примерно так же считая ее чумой нового времени, как в конце ХХ века СПИД, а сегодня ковид.

Середина восьмидесятых - Йель Тишман, молодой человек из приличной еврейской семьи, который должен был бы интересоваться финансами, а влюблен отчего-то в живопись; должен бы любить девочек, а заводится почему-то от парней, он куратор одной из чикагских галерей и открытый гей. Живет со своим постоянным партнером, испытывая некоторый дискомфорт от ревности того и тяжело переживает известия о болезни, которая с недавних пор начала обнаруживаться среди друзей. Больше того, один из них, художник Нико умер от СПИДа.

Ужасно жаль эту девочку, сестренку Нико, Фиону. Она так любила брата, так ухаживала за ним. Одна из всей семьи, отрекшейся от него, когда признался в ориентации. Как страшно жить. Некоторым утешением служит то, что они с Чарли стабильная пара. И еще работа, это дело с возможным донатором галереи, если провести его правильно, может быть они с Чарли даже смогут подумать о собственном доме.

Хотя дарительница не производит впечатления человека обеспеченного. Ну, вы понимаете, определенный статус: старые деньги, новые деньги - но всегда люкс и гламур. Старушка Нора живет в доме, которому сильно не помешал бы ремонт, с сыном и его семьей, а передать в дар собирается коллекцию эскизов, обладательницей которых стала когда жила в начале века в Париже, училась живописи и подрабатывала моделью. Авантюристка или там в самом деле Фудзита, Модильяни etc? Если так, дело пахнет миллионами, даже с набросками.

2015, Фиона, та самая сестренка Нико, помните? Она, взрослая солидная женщина, летит в Париж, чтобы разыскать дочь Клэр, связь с которой давно потеряна. И может быть вернуть или хотя бы попытаться наладить контакт, помочь чем-то. По некоторым данным Клэр сама стала матерью. Остановиться планирует у старого друга Нико, он теперь культовый фотограф и как раз сейчас готовит выставку, где обещает показать ранее не экспонировавшиеся кадры из тех лет.

Действие будет перемещаться между Чикаго восьмидесятых и Парижем, сегодняшним и вековой давности, а история все глубже входить тебе под кожу, пока сама отчасти не станешь Йелем. Ярчайший в галерее образов современной литературы и нет-нет, не нужно сравнивать эту книгу с "Маленькой жизнью", по большому счету Янагихара написала слезодавилку, далекую от реальности как декабристы от народа. У Маккай на порядок честнее и правдивее.

Не могу не сказать о переводе. Немалую роль в решении читать (кроме Пулитцера и рекомендации Насти Завозовой) сыграло имя Дмитрия Шепелева, который особенно хорош с передачей атмосферы замкнутых сообществ, отграниченных от мира принадлежностью к некой социальной группе. И да, блестящий перевод, достойный великой книги

Tags: современная проза
Subscribe

  • Текстоцентрическое

    Текстоцентрическое Река эта – сплошной обман? Мнимая красота, скрывающая беспримерное уродство? Или, наоборот, – одна только правда? Чистая,…

  • iodb.ru

    iodb.ru Posted by Майя Ставитская on 7 июн 2018, 09:40

  • Майя Ставитская с Шамилем Идиатуллиным.

    Майя Ставитская с Шамилем Идиатуллиным. Posted by Майя Ставитская on 18 май 2018, 11:57

  • Повесть настоящем человеке

    Повесть настоящем человеке Ты думал, это может быть круто? Невероятная сила, мгновенная регенерация, движение со скоростью мысли?…

  • Первым делом самолеты

    Первым делом самолеты Небо было для Бога. В небе жил только Бог со своими несметными ратями ангелов. Я уже говорил, что пилоты обитают в раю?…

  • added_photos

    added_photos Posted by Майя Ставитская on 16 май 2018, 11:02

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment