majstavitskaja (majstavitskaja) wrote,
majstavitskaja
majstavitskaja

Más allá del invierno de Isabel Allende


      Зерна обратятся в пули,
Пули обратятся в гири.
Таким ударным инструментом
Мы пробьем все стены в мире.

Обращайтесь гири в камни,
Камни, обращайтесь в стены.
Стены ограждают поле.
В поле зреет урожай.
"Наутилус Помпилиус" 
Время собирать камни и чинить стены. Совсем по Роберту Фросту. Мы поверили было: "Есть в мире нечто, что не терпит стен" - нужно избавляться от границ, стремиться к единению и неужто люди не сумеют договориться? Пока еще нет. Стены нужно держать в состоянии готовности к наиболее вероятым внешним угрозам. Например падение метеорита, вторжение кроликов-мутантов, зомби-апокалипсис? Перестань ерничать, наиболее вероятные - это когда кто-то, находящийся по соседству, пытается внедриться на твою территорию и отъесть у тебя кусок жизненных благ. Рано еще ломать стены. "Сосед хорош, когда забор хорош".

Примерно так рассуждает пожилой нью-йоркский профессор Ричард Баумастер. Ему есть что оберегать. Дом в Бруклине, в далекое время счастливым стечением обстоятельств доставшийся за гроши, теперь потянет на несколько миллионов. Что с того, что ремонта сто лет не было и мебель давно обратилась в рухлядь - он неприхотлив, многого не надо, все устраивает. Его и четырех котов, в окружении которых Ричард живет. Нет, сантиментов чужд, никаких пусечек-дусечек даже в именах, назвал просто и функционально: Один, Два, Три, Четыре. Да, в прошлом была семья, теперь их уже нет и он не любит вспоминать о былом. Да, есть отец в пансионате для престарелых, нет-нет, очень хорошее заведение, там папе обеспечивают уход и уровень комфорта, и врачебную помощь, какоих Ричард не может, и он ежедневно звонит, подолгу разговаривая со стариком, и дважды в неделю навещает.

  Он замкнулся в футляре, отделяющем от мира, построил между ним и собой стену и чувствует себя замечательно. А что порой бывает холодно и одиноко - ко всему привыкаешь. Кто мог предвидеть, что любопытная Тройка отравится аккурат в рождественскую неделю, когда все, имеющие возможность не ходить на работу, сидят по домам из-за аномального холода и снегопада; и придется везти ее к ветеринару, а на обратном пути Ричард отвлечется на свою бедную животину и по его вине произойдет авария. Ничего серьезного, страховка покроет, от удара у Лексуса откроется багажник, который карлица, что была за рулем, захлопнет и умчится, едва успеет он вручить свою визитку.

  А ночью постучится в его дверь - насмерть замерзшее, перепуганное создание, да к тому же почти не говорит по-английски, а того испанского, которым владеет Ричард, явно недостаточно для понимания, девица еще и сильно заикается - мизерабль право слово. Придется звать на помощь эту женщину из подвала. Как, он еще и держит в подвале женщину? Да нет же, вы неправильно поняли, чилийка Лусия Марас работает с Ричардом, читает курс на его факультете и прибыла в Штаты по его приглашению, и он пустил ее пожить в пустующем подвале своего дома, очень человеколюбивое предложение. Там и диван есть, и плитка. Нет, отопления, но это не его забота. Мда!

  Лусия, женщина неунывающая по природе, твердо знает, что все плохое с ней уже случилось; у самой темной тучи есть жемчужная подкладка; а временные неприятности пройдут и вспоминать о них будешь с улыбкой. Немолода, десятком лет моложе Ричарда, приближающегося к семидесятилетнему порогу. Много повидала и пережила. Любит жизнь и дочь Даниэлу, но считает, что заедать век детей - последнее дело; любить друг друга прекрасно можно на расстоянии, а жить нужно собственной жизнью - не жизнью своего ребенка. И она еще намерена найти свое счастье. Читатель, хорошо знающий Исабель Альенде, узнает в героине писательницу, которая поделилась с Лусией многими биографическими чертами (я читала непереведенный на русский язык пронзительный роман "Паола" и могу судить об этом).

  Она поднимется наверх и послужит переводчицей для этой девочки из Гватемалы (никакая не карлица, просто субтильная - этакий заморыш). И пару относительно благополучных образованных людей, обожжет историей странствий и горестей девочки из Гватемалы, нелегальной эмигрантки Эвелин. И они пустятся в дикую авантюру, чтобы помочь ей - просто бывают моменты, когда стены рушатся и потребность помочь ближнему превращается в категорический императив, а ему, как известно, невозможно противиться. Дальше будет авантюрный роман со многими приключениями, страшными и смешными. И каждый в конце странствий обретет недостающую часть себя, и все - друзей. Нет, это не "Дом духов", Не "Паола", Не "Любовь и тьма", эта книга проще. Но в ней обаяние Исабель Альенде, для того, чтобы читать которую, я выучила испанский. 
Tags: Исабель Альенде, испанская литература
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments