majstavitskaja (majstavitskaja) wrote,
majstavitskaja
majstavitskaja

Category:

"Дорога у моей двери" Уильям Батлер Ейтс

Он жил в башне. Чуть не сказала "из слоновой кости", но нет, всего лишь полуразрушенная нормандская сторожевая башня в купленной им усадьбе в ирландском графстве Голуэй. Ейтс превратил ее в свое родовое гнездо. И он женился в пятьдесят два года на двадцатипятилетней. Удачно, помимо супружеской гармонии, брак увенчался рождением сына и дочери. Хотя самой большой любовью его жизни была ирландская революционерка Мод Гонн, с которой познакомился  в юности и много раз предлагал руку и сердце. И дочери ее Изольде предлагал. Нет, жена не из этой семьи, так, к сведению.


Начинал писать стихи и статьи в патриотическом ключе и рано спознался с представителями ирландского общества фениев (это из которого позже ИРА выросла), но при том пользовался благосклонностью и покровительством сильных мира сего Его дебют хвалил Оскар Уайльд, а он сам принимал деятельное участие в поэтической судьбе Эзры Паунда. В пятьдесят восемь стал нобелевским лауреатом.

  С юности увлекался оккультизмом и состоял во всех возможных того времени ложах. Не разделял революционно-экспериментаторских увлечений поэзии начала прошлого века. оставаясь верным старой доброй рифме. Прошел путь от романтизма и увлечения ирландским эпосом в пафосно-патетическом стиле к простому и невыспренному стиху. Писал исторические драмы и сам их ставил на театре (директором Театра Аббатства - первого ирландского национального, многие годы был).

  Использовал сложные символические ряды со множественными непрямыми значениями слова, что делает почти невозможным понять красоту и многозначность его поэзии в переводе, а понимать подобное в оригинале и не всякий носитель языка может,  но попытаться можно. Тем более, что с переводами на русский Ейтсу повезло. Мне больше всего понравились варианты перевода его стихотворений Григорием Кружковым.

  "Дорога у моей двери", которую вынесла в заглавие, из цикла "Размышления во время гражданской войны". А вы не знали, что после окончания Первой Мировой не только у нас была гражданская? Да, в Ирландии тоже. В 1922-1923 годах. За что? Да за то же. за что и по сей день воюют - свобода от английского протектората, национальное самоопределение. В "Улиссе" Джойса есть немного об этом и я даже пыталась вникнуть, но гражданские войны - это такая темная во облацех вода, что даже хуже обычных войн, старательно переписываемых победителем.

  Для меня важен пацифизм этих стихов. Не надо войны, пусть будет жизнь. Простая и неказистая, она лучше смерти. Не нужно разрушать, постройте дом в пустом гнезде скворца. Была такая история во время гражданской войны, бойцы ИРА прелупредили Ейтса, что мост возле его башни будет взорван и необходимо эвакуировать домочадцев, а окна пооткрывать, чтобы не вынесло взрывной волной. Миссис Ейтс пыталась торговаться, предлагая оставить большой и красивый мост, а взорвать маленький и неказистый чуть поодаль, но партизаны были неколебимы, заложили с большой торжественностью динамит, отбежали в сторону.

  Взрывом повредило одну из опор, мост же остался проезжим. Как ни странно, башня не пострадала, даже ни одного окошка не разбилось, хотя камни, перелетевшие через нее, изрядно побили крестьянские домики, стоявшие много дальше (вот и не верь после этого в оккультизм и магию посвященных). Но скворцы, которые жили в расщелине бащенной стены. улетели. Об этом другое стихотворение цикла "Гнездо скворца под моим окном". А влюбилась я в третье, с длинным и сложным названием, наводящим на мысли о таком же муторном содержании, а на деле дивной красоты и прозрачности.

Передо мной проходят образы ненависти,
сердечной полноты и грядущего опустошения

Я всхожу на башню и вниз гляжу со стены:
Над долиной, над вязами, над рекой, словно снег,
Белые клочья тумана, и свет луны
Кажется не зыбким сиянием, а чем-то вовек
Неизменным — как меч с заговоренным клинком.
Ветер, дунув, сметает туманную шелуху.
Странные грезы завладевают умом,
Страшные образы возникают в мозгу.

Слышатся крики: «Возмездие палачам!
Смерть убийцам Жака Молэ!» В лохмотьях, в шелках,
Яростно колотя друг друга и скрежеща
Зубами, они проносятся на лошадях
Оскаленных, руки худые воздев к небесам,
Словно стараясь что-то схватить в ускользающей мгле;
И опьяненный их бешенством, я уже сам
Кричу: «Возмездье убийцам Жака Молэ!»

Белые единороги катают прекрасных дам
Под деревьями сада. Глаза волшебных зверей
Прозрачней аквамарина. Дамы предаются мечтам.
Никакие пророчества вавилонских календарей
Не тревожат сонных ресниц, мысли их — водоем,
Переполненный нежностью и тоской;
Всякое бремя и время земное в нем
Тонут; остаются тишина и покой.

Обрывки снов или кружев, синий ручей
Взглядов, дремные веки, бледные лбы,
Или яростный взгляд одержимых карих очей —
Уступают место безразличью толпы,
Бронзовым ястребам, для которых равно далеки
Грезы, страхи, стремление в высоту, в глубину…
Только цепкие очи и ледяные зрачки,
Тени крыльев бесчисленных, погасивших луну.

Я поворачиваюсь и схожу по лестнице вниз,
Размышляя, что мог бы, наверное, преуспеть
В чем-то, больше похожем на правду, а не на каприз.
О честолюбивое сердце мое, ответь,
Разве я не обрел бы соратников, учеников
И душевный покой? Но тайная кабала,
Полупонятная мудрость демонских снов
Влечет и под старость, как в молодости влекла.

Tags: ирландская литература., поэзия
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments