majstavitskaja (majstavitskaja) wrote,
majstavitskaja
majstavitskaja

Categories:

О капитанах и о Судьях.

  Он был мой герой, Питер Блад, а как иначе? Когда тебе 12-13, в таких только и влюбляться насмерть: смуглый, синеглазый, с черной цыганской шевелюрой, жилистый и поджарый. Воин, путешественник, рыцарь, авантюрист, поэт и... врач. О, так вот откуда пошло мое благоговение перед мужчинами-медиками (!).  И свободно владеет испанским (которому выучился в испанской тюрьме) Угу, так вот откуда желание выучить язык Сервантеса (!). Моря только не полюбила вслед за Бладом. Но у женщин с морем отношения вообще-то сложные, подсознательно видим в нем соперницу, к которой уходят лучшие из мужчин (в одной книге довелось прочесть).

В "Одиссее" и в "Хронике" хватает головокружительных приключений и ярких персонажей, и мизансцен, которые хотелось разыграть по ролям. Но помню книгу смутно - ничего странного, больше тридцати лет прошло. Бесконечная череда нескладностей, ставящих под угрозу исполнение отлично продуманные планы героя и улыбки Фортуны, когда казалось бы, все потеряно. Для другого так и было бы, Блад обладает высокой врожденной алертностью - готовностью перейти от расслабоенного состояния, к полной боевой готовности и мгновенному действию.

  У него потрясающе комбинаторный ум. Любая ситуация мгновенно, проворачивается перед мысленным взором, рассматриваясь с точек зрения. которые не придут в голову большинству участников, выявляя скрытые возможности.  Перед неисчислимыми достоинствами Блада его Большая Любовь Арабелла откровенно меркла. То не род бабской зависти, на место подружки капитана не метила, я была им, когда читала. И вся любовь-морковь, все сопли-на-мармеладе, лишь отчасти служившие двигателем сюжета. большей - тормозившие его, не казались заслуживающими внимания. Эва какая выискалась, не было среди ее друзей пиратов и разбойников, да и забей на нее, Питер. Не может - все несчастья от женщин.

  Вот тебе и три десятка лет, вспомнилось (Вика мне в помощь). Однако, закончу мысль, начатую прежде: приключений много, они сливаются в сверкающий радужный ком. Но то, что помнится очень хорошо; то, что сделало Питера Блада героем моего (и не только) романа - это начало книги. История невинно осужденного, который пал жертвой человеколюбия. Он врач и не может не оказать медицинскую помощь нуждающимся в ней. А начало книги, помните - горожане готовятся к битве на стороне повстанцев, в которой Блад не собирается принимать участия - благодарю покорно, не дурак и в дурацие игры не играю.

  И вот с этого места поподробнее, плизз. Да пожалуйста. Герой моего детства не вспомнился бы так явственно, когда бы не "Тамсин" Питера Бигля, которую читаю сейчас. Действие происходит на ферме, больше похожей на старый замок в Дорсете и на вопрос девочки американки, обращенный к сводному брату англичанину, не кажется ли ему, что в доме может быть призрак? - мальчик отвечает: Я был бы удивлен, если бы прирака не оказалось. Это же Дорсет! Судья Джеффрис. "Кровавые ассизы", 11 июня.

  Видит отсутствие отклика и объясняет, смыслящей в английской истории не больше, чем мы с вами, сестре, что в конце XVII в. после смерти короля Карла II власть в стране попытался захватить его незаконный сын, герцог Монмут. 11 июня 1685 года он высадился в Лайм-Реджисе, армия стихийно обросла сторонниками из числа горожан, и сельхозрабочих. А уже 6 июля в битве при Седжмуре необученные ополченцы наголову разбиты регулярными правительственными войсками. Монмут бежит, среди сторонников начинаются репрессии.

  Судья Джеффрис председательствовал на судебных заседаниях того периода ("ассиз" - всего лишь название судебного заседания, где вопрос решается рассмотрением аргументов, в противоположность распространенному в средневековье решению спорного вопроса поединком), прославился чудовищной жестокостью своих приговоров. Более 1400 человек находились под следствием и всем им вынесен был смертный приговор. Большей части, исключительно из соображений экономической целесообразности, казнь заменили рабством в колониях (Питер Блад был среди таких). Но казнили многих. Известен случай, когда за государственную измену судили восьмилетнюю девочку, которая умерла в тюрьме, не дожив до приговора. И последняя женщина сожжена в Англии на костре за политическое преступление, в ходе тех же кровавых разбирательств.

  В восточных графствах его именем до сих пор пугают детей и что с того, что сам душегуб плохо кончил - обритый наголо и со сбритыми бровями, переодетый матросом, выволочен из публичного дома. где пытался прятаться, водворен в Тауэр, да там и скончался вскоре от почечной недостаточности. Особенность судейства в пору кровавых ассизов заключалась в том, что бунтовщиками признавались не только участники восстания, но все. кто дерзнул помочь им, предоставить укрытие, накормить.  История нашего биологического вида - это история беспрерывной цепи зверств и жестокостей, и попирания человеческого достоинства, и попыток вытравить из человека человеческое.

  Мы не тем держимся и не тем до сих пор не сгинули. А тем, например, что всегда были люди, как Питер Блад. Кто желает держаться в стороне и участия не принимает, но когда есть кто-то, остро нуждающийся, помощи, оказывает ее. Хотя ему самому это грозит бедой. Не потому капитан Блад был моим героем, что романтика и красивости. Потому что Человек. 
Tags: английская литература
Subscribe

  • "Кто они такие" Габриэл Краузе

    Он автор или Заводной апельсин 2020 Я хочу жить опасной жизнью на грани бытия. Книга была в длинном списке прошлогоднего Букера. По крайней…

  • "Сага о Щупсах" Том Шарп

    Проблема нахождения мужа в Нортумберленде Должна же быть на этом пляже хоть одна нимфоманка. Но как ее обнаружить? Вряд ли уместно ходить по…

  • "Каталог катастрофы" Чарльз Стросс

    Магия, теория информации и бюрократия На самом деле Джеймс Бонд из фильмов – это почти идеальный фотографический негатив реального агента…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments