majstavitskaja (majstavitskaja) wrote,
majstavitskaja
majstavitskaja

Categories:

"Гранатовый браслет" Куприн.

  - Что такая умученная?
- Устала сегодня, мы две контрольных писали. И голодная.
- Дома только суп, но если хочешь, можем заехать, салатов каких-нибудь прикупить..
У витрины, толкает в бок: смотри! Салат "Гранатовый браслет" - зеленоватое месиво с сиротливыми зернышками граната.
- "Это каламбур, - говорю тоном Королевы из Алисы, - Отрубите им голову!"
- А ты как к Желткову относишься?
- С большой нежностью. "Две телеграфные пуговицы и флакончик, наполненный слезами"
Непонимающий взгляд. - Ну брат ее, помнишь, рассказывал историю влюбленного телеграфиста. Вспомнила, кивает.
- А знаешь, о Куприне, нас предупреждали, чтобы по возможности не упоминали в экзаменационных сочинениях "Яму" Куприна, "Мастера и Маргариту" и "Доктора Живаго", потому что у многих педагогов неоднозначное отношение к этим произведениям.
- Ни одного человека не знаю, кому нравился бы "Живаго", а я как прочла в восемнадцать, так и пропала на всю жизнь. Перечитывала дважды. Тебе как?
- Не то, чтобы очень.
Куприн забыт, по дороге домой говорим о Пастернаке. Точнее - я разливаюсь. На правах Самой Большой Поклонницы Романа.

Красавица Понаровская, чуть манерно: "Вновь читаю всю ночь о браслете гранатовом. Над чужою судьбой слезы горькие лью....Гранатовый браслет, гранатовый браслет. Пленительный рассказ, знакомый с детских лет". Он и правда в детстве прочитан. Не то в десять, не то в одиннадцать. И, к стыду своему, не уронила ни слезинки. Хохотала, помню, над историей телеграфиста: "Знай, что телеграфисты увлекательны, но коварны. Для них доставляет неизъяснимое наслаждение обмануть своей гордой красотой и фальшивыми чувствами неопытную жертву и жестоко насмеяться над ней". Очарована уютным красивым миром княгини Веры Николаевны Шеиной с упоительным дачным бездельем. Молодой муж оставляет на подушке в день именин жены, серьги с крупными грушевидными жемчужинами, пожалев будить. А вечером гости, забавная остроумная беседа, немножко флирта, немного карт, музицирование.

  Дивный язык Куприна, первая встреча с русской классикой, которая не отвратила, но очаровала. И совершенно несуразная, по тогдашним моим понятиям, концовка. Н-ну зачем это он, такой милый рассказ испортил. Зачем все так? Незамысловатый ум маленькой девочки пытается комбинировать, как можно было бы сделать, чтобы и волки были сытыми в этой истории, и овцы остались целы: а если бы и правда уехал? Но куда? И он ведь растратил казенные деньги. Все равно будут искать и найдут. А, ну так это он не из-за любви покончил с собой, ну и ладно. Хотя жаль, конечно.

  Пример подмены понятий. Сознание не будучи в силах вместить горечи и боли происходящего, хватает, утопающим за соломинку, фальшивый предлог, придуманный героем для объяснения чудовищного поступка. Тем хорош, что позволит не бросить ни малейшей тени на ту, имя кого для него свято и не заставит ее страдать, если узнает случайно о судьбе неказистого поклонника. И меня оберегает до поры.

  Это безнадежное невыносимое придет позже с "Огненным ангелом" Брюсова, набоковскоми "Лолитой" и "Обскура", да вот с "Живаго" же. А пока буду думать, что зря он это все затеял. Утром сегодня перечитала повесть. Смеялась снова истории телеграфиста, задумалась над словами генерала Аносова о мире мужчин, что в неоплатном долгу у женщин и грядущем матриархате, как средстве саморегуляции мира. Потом письмо Желткова и навзрыд, мгновенно, неостановимо. Да что же это? Что за чувствительность такая дурацкая? Как я на работу поеду, вся зареванная? Ну да ладно, холодное умывание и декоративная косметика творят чудеса.

  Рецепт салата нашла в интернете ради любопытства. Невероятной красоты блюдо в форме тора, сплошь унизанного зернышками граната. Нет, готовить не стану, неуловимая пошлость присутствует в этом. Как: "То-от гранатавый браслет, в каторам ты сейчас стаишь, каторый падарил тибе, кагда мы были вмести-и". Хотя не так концентрированно. И вдруг понимание. Обжигает. А знаешь ли ты девочка, что в этой повести исток твоей религиозности? Понимаешь ли, что формула: "Да святится имя твое", глупому, государственным атеизмом вскормленному крысенышу, заронила в душу зерно тоски по истинному. Которое узнала мгновенно, найдя в молитве "Отче наш", да по сей день за нее и держишься. Как-то так.
Tags: русская литература
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments