majstavitskaja (majstavitskaja) wrote,
majstavitskaja
majstavitskaja

"Анна Каренина". Фильм Джо Райта.

  И "не экранизацией большого романа, а сбивчивым, на троечку, пересказом избранных сцен". Со "сбивчивым" и "на троечку" позволю себе не согласиться. Я в таком положении, что могу себе позволить не соглашаться и с более авторитетным, чем журнал "Профиль" источником. Когда сестренка на Филиппинах затеяла рассказывать о поездке по Финляндии на туристическом поезде, слушателями рассказа был муж ее, новозеландец, гость из Британии, его жена красавица филиппинка и я. Кульминацию рассказа: "И знаете, как назывался поезд? Лев Толстой", встретили одновременно грохнувшим хохотом. "Без различия наций и сословий", перефразируя Маяковского. Имя Великого Писателя слишком прочно увязано с определенным видом транспорта. То есть - вся наша жизнь - не что иное, чем цепь избранных эпизодов, которую память передает сбивчивым пересказом. Чем хуже, в таком случае, фильм?

  Это было хорошей идеей, пересмотреть, спустя два года после выхода. Тогдашние свои восторги под влиянием общественного мнения, которое одно знает, как следует экранизировать великие ромены (совсем не так нужно произносить слово "the table", согласно последней инструкции бюро райкома), считала преувеличенными. Ну знаете, бывает же такое. Ждешь-ждешь фильма, заранее прощая возможные стилистические огрехи по причине любви к актрисе на главную роль, да еще определенного рода культурный вакуум сопровождает время выхода его на экраны. И когда появляется наконец, терзаешься подспудным: "А так ли хорош или это на безрыбье?"

Теперь знаю точно - удивительно хорош. И не только костюмами, за которые "Оскара" взял ; и не музыкой, с которой номинировался, хотя тоже удивительна. И не сказочной операторской работой: все эти множественные наезды-откаты-кружения камеры внутри условно-театрального действа, превращающегося последовательно в кино - в самое жизнь - и снова в раек, почти балаган. Главное здесь - Кира, которая самая та Анна, какой должна быть. Единственно возможная. Не задумывались, насколько образ статной матроны не соответствует толстовской героине? Она не Афина, ни в коем случае, при том, что все воплощения так или иначе тяготеют к образу.

  Общественное бессознательное исподволь неощутимо надело на Анну образ Мудрой и Прекрасной и совершенно неясно как, отчего, почему происходят все эти всплески и сбои. Которые рушат семьи, опрокидывают надежды, обо всем заставляя позабыть, на все блаженно махнуть рукой и приводят к финальной катастрофе. Как? Отчего? Почему? Да потому что не А(фи)на - Диана. Ди-ана. Ди-Анна. Луна, умеющая обмануть наивного наблюдателя (предположим, что существует такой, взглянувший на небо впервые и зачаточных астрономических знаний не имеющий). Что он увидит? Зависит о фазы.

  Может сияющую во славе, как в начале (все мы рабы импритинга, даже те, кто мнит себя зрящими в корень. В большей степени - те). Прекрасная, умная, уверенная в себе, респектабельная, с безупречной репутацией фигурантка высшего света; жена высокопоставленного чиновника; нежная любящая мать; чуткая заботливая сестра, мягко порицающая непутнего брата; семейный психолог; икона стиля. От этого образа отталкиваются все интерпретаторы, сколько их ни есть: читатели, зрители, критики и, страшно выговорить - литературоведы.

  А ну, как кому доведется увидеть Луну растущей или хуже - ущербной. И полнота уже не та и словно демон какой отъедает по кусочку всякую ночь силу, красоту, уверенность, социальные связи - саму жизнь. Меньше, меньше, вот уже обрезок ногтя на небе. Светит, да где ж былое величие? Еще немного и обратится в полную противоположность - конценцентрированный мрак. Она всегда возвращается, но нашему гипотетическому наблюдателю это неизвестно. И что есть исчезновение с небосклона, как не вселенская катастрофа?

  Все внутри и все существовало изначально. "Иные миры сквозят через Анну" говорит в работе "Имена" Павел Флоренский и лучше не скажешь об имени, которое накладывает отпечаток на всех носительниц. Сквозят, выдувая по кусочку, по грану, по капельке. И они же потом нанесут украденное, как отлив сменяется приливом, как песчинка обрастает перламутром. С богами так обычно бывает - все на круги своя. Не так с аватарами, бренна плоть и в столкновении женского тела с паровозом можно не сомневаться, кто победит. Но в целом она отыграла на сцене марионеточного театра ту мистерию. аватаром которой воплотилась. Разве нет?.
Tags: культовое кино
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments