majstavitskaja (majstavitskaja) wrote,
majstavitskaja
majstavitskaja

Category:

"Приди в зеленый дол" Роберт Пенн Уоррен

  Это совсем непохожие произведения из различных видов искусства, о разном. Если просятся в связку, то от противного: неоправданно резонансная пустышка "Левиафана" и вещь, которой не знает никто. Хотя с какой стороны ни взгляни на нее - шедевр. Не ради страсти разбрасываться красными словцами, объективно, в этом знаю толк. А вспомнилось-связалось, потому что женщина там и тут. Которая живет своей нелегкой жизнью, светит вокруг неярким светом. дарит тепло. И всякий, оказавшийся рядом, залипает на медовую сладость ее заботы. Тем более ценимую, что не демонстрирует себя миру в качестве вулкана страстей.

  На самом деле у Америки тридцатых прошлого века много общего с Россией десятых века нынешнего. Не Москву имею в виду. провинцию, в которой живу. Москва, как понимаю, ближе к нынешним реалиям, мегаполисы собственным правилам подчиняются. Маленькие города - оно самое и есть. Автомобили даже у бедняков; уровень охвата средствами связи довольно высокий, большинство ее для звонков одному-двум регулярно используют. Кумовство и коррумпированность на всех уровнях, которые если кого и напрягают по-настоящему - так несчастных, попавших под жернова. Остальных не касается. Жизнь нелегка, но не так, чтобы совсем ломала хребет, можно выжить. Можно и приподняться. Если нет у тебя каких-то особо страшных обстоятельств.

У Кесси Спотвуд есть. Муж парализован двенадцать лет уже. Вдвоем с которым живет на отдаленной ферме. А денег нет, нанять кого-то ухаживать. Да она справляется. Хозяйство вот только ветшает и приходит в запустение. Ну не управиться одной с землей, домом и лежачим больным, если твое имя не Пеппи-Длинный-Чулок. Да и той, пожалуй, не управиться бы было, бедная-бедная-бедная Пеппилота... А прежде, когда еще не парализовало и деньги кое-какие были она в клинике лежала. Для нервнобольных. На похоронах матери не могла плакать, а после начала вдруг смеяться. Да так, что остановиться не могла. Срыв.

  Был мальчик, останавливаясь на котором глаза ее лучились счастьем. Что с того, что из белой голытьбы? Ее-то родители немногим выше на социальной лестнице. Но выше и разницу мама чувствовала хорошо. Узнав, что дочь встречается с этим оборванцем, связи сумела употребить и припугнуть мальца так, что убрался в город лучшей жизни искать. А дочку пристроила ухаживать за умирающей теткой. Там пристойная семья, крепкое хозяйство, уважаемые люди. За мужа тетки малышка и выйдет очень скоро, после похорон. А и так уже люди судачат - молодка с мужиком, о котором все знают - кобель, под одной крышей.

  Он потом вернулся, Твой Сай. Небогат, но пообтесался во внешнем мире. много чего умеет. Что с того? Ты уже четыре года замужем за человеком, которому не жена-не прислуга - среднее. И ты хохочешь на похоронах матери, потом попадаешь в клинику, после тебя забирают - ухаживать за парализованным мужем, которого ненавидела и боялась. И двенадцать лет тянешь ты эту лямку. У-У-УУУУ. Это предыстория. Дальше все остальное. И будет тут место неожиданной встрече с прекрасным незнакомцем, преображению Золушки, любви, от какой сердце тает. И предательству, от которого леденеет и бьется на осколки. И самопожертвованию. И прощению. И прощанию.

  Всему найдется место. Как в жизни всему находится.
Tags: американская литература
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments