majstavitskaja (majstavitskaja) wrote,
majstavitskaja
majstavitskaja

Об искусственных людях.

  У хороших книг есть свойство - незаметно исподволь затягивать читателя в свой мир. Это как погружение в зыбучий песок. С той разницей, что в реальности, барахтаясь, потонешь скорее и вернее. А в случае романа и вырываться не нужно. Просто отложи, забудь. И никуда ты не провалишься. Но когда и если решишься погрузиться, хорошая книга именно что втянет тебя в себя, сделает своей частью, неуловимо изменит внутренний состав и внешность. Взглянешь так вот на свою руку, а она из золотистых песчинок, составляющих этот мир..

На самом деле все не так. Каждая действует своим способом. Одна бьет под коленки и обрушиваешься в нее со всего маху, другая утаскивает водоворотом, в третью медленно степенно входишь, оглядываясь по сторонам. Или тебе дают, блин, отбойный молоток и оранжевую каску на голову и долбишь-долбишь грохочущей дурой будто уже по собственным мозгам. Удивляясь бессмысленной беспощадности этого занятия и вдруг, р-раз - О, Дивный Новый Мир...

  "Щегол" - очень хорошая книга. Ее способ, такое медленное погружение в золотистый песок. Заметающий следы, припорошивший память. Стремящийся заполнить собой любой объем.Будто и нет никого-ничего, кроме этой золотисто-песчанной реальности. От настоящей она отличается резкостью и яркостью. Как любое, созданное людьми. Даже очень хорошее, даже гениальное. Вот ты внутри и чувствуешь все, что должен: видишь, слышишь, обоняешь, осязаешь.

  Герой-рассказчик наделся на тебя, как плотная перчатка и все, что с ним происходит - твоя жизнь, здесь и сейчас. Эффект присутствия порой пугающе объемен. Но стоит пристальнее вглядеться в пейзаж, лицо, интерьер, за взвесью золотистых песчинок проступают буквы-слова-строки. Жизнь - это жизнь, а творчество может создать лишь подобие ее, лишенное резкости и яркости. Ты реальный подсвечиваешь внутренним своим светом все, к чему  обращаешься.

  Вот и разобрались? Так, да не так. Есть один критерий, безошибочный для меня. Вспомнить, спустя время, отделить себя от создания искусственной природы дистанцей. И подивиться чуду. Книжные герои, выдуманные люди вспоминаются порой ярче и живее в своих жизненных обстоятельствах, чем те, кого знал в реальности. Я, в махровом своем идеализме, склонна полагать, что таки-да, они творят подлинные реальности, заселяя их подлинными людьми. Которые постепенно облекаются плотью и кровью. Где-то в местах, в которых никогда не буду. Так ведь и в моем, реально существующем мире, таких мест хоть обавляй.
Tags: американская литература
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments