majstavitskaja (majstavitskaja) wrote,
majstavitskaja
majstavitskaja

Categories:

"Курт Сеит и Шура" Нермин Безмен

"Хождение по мукам" в формате турецкого сериала

Я уплываю и время несет меня с краю на край.
С отмели к отмели, с берега к берегу, друг мой прощай.
Рабиндранат Тагор "Последняя поэма"

Не родине Нермин Безмен книга о России, революции и эмиграции , о любви молодой русской  аристократки и блестящего  офицера татарина выдержала больше сорока переизданий, став сценарной основой успешного сериала. Такого, с невероятной красы героями, в Турции это умеют, до сих пор вспоминаю, как меня в девичестве заворожила  красота актеров "Королька, птички певчей".

o-r.jpg

На самом деле, история не "мыльная". Мыло здесь будет буквальное, во время работы героев в константинопольской прачечной в эмиграции, но до того еще далеко. В начале встреча юной Александры Верженской (друзья зовут ее Шурой) с поручиком Сеитом Эминовым из родовитых крымских татар на балу в Москве. И зарождение любви, которое так трогательно сладко удалось выписать женщине. чьим дедом был красивый офицер.

То есть? То есть, Нермин внучка Сеита Эминова и, нет, ее бабушкой была не Александра, а Мюрвет, на которой Сеит женится, расставшись со своей русской любовью, кто  станет ему преданной женой, родит двух дочерей, проживет с ним долгую жизнь. Но о них будет после, в следующей книге "Курт Сеит и Мурка".

Здесь и сейчас "Курт Сеит и Шура", империя доживает последние дни со всем этим "как упоительны в России вечера" и "конфетки, бараночки, словно лебеди саночки" - да, образец пошлости, но от того рисуемая ими картина России-которую-мы-потеряли словно бы еще более осязаемо уплотняется. И да, реальность романа, довольно близка к "и вальсы Шуберта, и хруст французской булки", что с того?  Кому Набоков, кому Безмен, кому вовсе Шуфутинский. Пусть цветут сто цветов.

У турецкой писательницы не меньше прав говорить об этом, чем у группы "Белый орел", на концертах которой стадионы жгли зажигалки и подпевали, плача, под "балы, шампанское, лакеи, юнкера". Ручаюсь, лакеем в тот момент никто себя не видел, все только юнкера, можете представить себе, тридцать пять тысяч одних курьеров (зчркнт) юнкеров. В общем, про любовь.

Tags: история
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments