Нил Гейман, "Американские боги" и не только.

Гейман

О Ниле Геймане впервые я услышала очень давно. Было что-то обзорное на тему мистики-фантастики и новой готики. Там мелькнуло его имя, тогда же для меня прозвучало словосочетание "Американские боги". И уже тогда для себя отметила, что очень хочу почитать этот роман. Когда-нибудь позже, при случае...
Лет пять назад купила дочери странную книжку "Коралина в стране кошмаров". Детскую и не совсем, пронизанную сложными ассоциациями , кое-где пугающую даже меня, давнюю поклонницу жанра и оставляющую богатое послевкусие, как бокал очень хорошего вина.
Однако, по-настоящему Гейман случился в моей жизни год назад. Что-то разладилось в действующем обычно, как часы, механизме подачи новых книг (всякий читающий человек имеет одну, реже две, книги в процессе, одну-две в очереди и полтора десятка в листе ожидания). А может быть, просто пришло время. Потому что, начав со сборника рассказов, не могла оторваться, пока не перечитала вообще всего, переведенного у него на русский язык.
Хорошо все. Может быть, слабейшее впечатление было от "Никогде". Главным образом, по причине неприязни к разного рода подземельям (физическим и моральным). Самое мощное - от "Американских богов" (кто-бы сомневался!). И, знаете. все хорошо в романе: Один, Локи, Дух озера, славянские божества, мистер Нанси - отдельный респект, Тень - в него влюбилась и с ним же идентифицировала себя, читая.
Но совершенно особое, щемящее, порой как звон на высокой до боли ноте - его Лора. Любовь, предательница, жертва. Смысл жизни, повод желать более достойных ее условий, причина держать себя в жесточайших рамках в тюрьме. Пустота. Боль, еще боль со стыдом и обидой. Прощение и прощание. И послесмертное возвращение, ну да, Тень случайно бросил в могилу золотой доллар, квинтэссенцию жизни в пространстве романа, случайно же выигранный им у лепрекона. Будто бывают такие случайности. На самом деле обеты супружеской верности были слишком тяжелы для нее при жизни или она стала фигурой на шахматной доске, которой пожертвовали, чтобы вернее заполучить в аватары Тень, но после смерти Лора была такой женой и другом, о которых любой мужчина может только мечтать.
Есть еще один женский образ у Нила Геймана, который против воли, оттиснулся в памяти. Рассказ "Кровь, яблоко и снег", "Белоснежка" наоборот. История, увиденная глазами и рассказанная мачехой. Кого как, меня потрясла.
Сегодня узнала об еще одном проекте писателя - серии интеллектуальных комиксов "Песочный человек" (The Sandman), прежде в любви к этому жанру замечена не была, но это же Гейман - непременно почитаю.
Кстати, адаптацию мультфильмов Хаяо Миядзаки ("Ходячий замок", "Унесенные призраками", "Принцесса Мононоке") для англоязычной аудитории делал тоже он. К нам, сами понимаете, это пришло как раз оттуда.

"Любовь Куприна" Максим Гуреев

Веревки-кандалы-браслеты

Этот браслет принадлежал ещё моей прабабке, а последняя по времени его носила моя покойная матушка.

Куприн "Гранатовый  браслет"

В названии игра слов  того же свойства, что у пьесы Тренева "Любовь Яровая" , о которой все детство и пубертат на закате советской эпохи, я думала, что это про производственные отношения в колхозном антураже, вроде как любовь доярки и тракториста на фоне яровых всходов. А оказалось вовсе даже приключенческое, про Гражданскую, про шпионов и любовь со смертью - в общем, круто. Повесть  Максима Гуреева, которая, обойдя многих достойных конкурентов, утвердилась в шорте Ясной поляны 2021 играет той же омонимичностью имен собственного и нарицательного в русском языке.

Какая из любовей в заглавии? Любовь Алексеевна Куприна, матушка Александра  Ивановича? Или это о сыновней любви? Или о первой любви писателя, Марии Карловне Давыдовой? Тайна сия велика есть, и темна  вода во облацех останется таковой до конца чтения. Ничего вы не поймете из этой повести, ни о Куприне, ни о его трепетном отношении  к  матери, ни о женитьбе - ну или вы совершенный гений  интерпретации.

Collapse )

Зачем Максим Гуреев раз за разом поминает ту веревку. которой привязывала маленького Сашу мать к кровати, чтобы не убежал, не убился. Да, гиперопека, но происходящая от любви, и сам Куприн не винил ведь ее за этот травмирующий детский опыт. Умел переплавить кандальную тяжесть несвободы в диво гранатового браслета.

По старинному преданию, сохранившемуся в нашей семье, он имеет свойство сообщать дар предвидения носящим его женщинам и отгоняет от них тяжёлые мысли, мужчин же охраняет от насильственной смерти.

"Икс - место последнее" Линдквист

Жестокие сказки старого Стокгольма

Существование ущербно потому что мы делаем его ущербным и сами себя разочаровываем.

Линдквист чертовски талантлив и невыносимо мрачен. А еще довольно жесток по отношению к своим героям, среди которых - об этом стоит помнить - почти нет вызывающих нежность и сочувствие. И по-моему дебютный роман "Впусти меня" (2004) до сих пор остается вершиной его  творчества, хотя не могу не признать, вторая книга "Блаженны  мертвые" (2005) тоже имеет достаточно  поклонников.  Так или иначе, середина нулевых  была временем его взлета и немыслимой славы, которая в одночасье обрушилась на прежде мало кому известного фокусника и стендапера тридцати шести лет. Согласитесь, когда твой первый роман экранизируется дважды и второй фильм  голливудский с Хлоей Мориц, это не считая мелких брызг. вроде перевода на стопицот языков - тут кому угодно крышу снесет.

Ему не снесло, он продолжает регулярно писать, хотя далеко не так коммерчески успешно. Но писателем одной книги не остался, и читать  его всегда интересно, хотя после очередной встречи нужен перерыв на восстановление внутренней целостности, по которой его сочинения проходятся патентованной камнедробилкой. Говорю со знанием дела, потому что перечитала у Линдквиста, в том числе, многое из того, что не переведено на русский. Думаю, Томми Т, герой последнего романа Трилогии места, отчасти списан с автора: тот же гиково-одержимый путь к признанию, та же невероятная популярность,  яркая и скоропроходящая, но талант, профессионализм и связи помогают удержаться в обойме, хотя молодые и рьяные, с их сетевой активностью, теснят и на пятки наступают.

Collapse )

И я рада, что именно Улоф с Леннартом, которых полюбила в первой книге. появляются в эпилоге, в этом сканди-варианте булгаковского "они не заслужили света, они заслужили покой".